Яркий интерьер таунхауса XIX века в Вест-Виллидж

Запись от:admin Опубликовано:Май 5,2021

У хозяев этого дома абсолютно разные вкусы: жена обожает традиционную классику, а муж — дизайн середины XX века и современное искусство, но декоратору Леоноре Хэмилл удалось все это “поженить” под одной крышей.

С финансистом и коллекционером современного искусства Диего Маррокином Грейс Фуллер познакомилась, когда он жил в лофте в районе Сохо. “Грейc категорично называла его холостяцкой берлогой”, — жалуется Диего. Их с будущей женой эстетические вкусы сильно различались. На самом деле это было модное пространство, обстановку которого составляли предметы известных дизайнеров: Сиро Кураматы, Джо д’Урсо, Марка Ньюсона, Мартина Зекели и Мартена ван Северена. “Интерьер был в духе постмодерна, но не походил на семейное гнездышко”, — оправдывается хозяин.

Гостиная. На стене работы Дэмиена Херста; журнальный столик по дизайну Мартина Зекели; диван обтянут тканью Le Grand Corail, Braquenié; портьеры из ткани Décors Barbares.

Пара задумалась о переезде, когда ждала прибавления в семействе. Грейс когда-то была ювелирным редактором в Vogue, а затем переквалифицировалась в ландшафтного дизайнера, поэтому она хотела найти в Нью-Йорке такое место, где у них было бы свое уличное пространство. Отреставрированный несколько лет назад таунхаус XIX века в Вест-Виллидж оказался идеальной находкой. “Когда я впервые вышла на террасу, поняла, что это наш дом”, — признается Грейс.

Столовая. Винтажные стулья, McGuire; подушки на них обтянуты тканью, Soane; скатерть, Lisa Corti; над столом светильник Инго Маурера; стеллаж, Blu Dot, по дизайну Мартена ван Северена; портьеры из текстиля, Lee Jofa. На столе антикварный фарфор, Gien; голубые стаканы, Paul Arnhold Glass; розовые стаканы ручной работы из Мексики.

Казалось, что найти дизайнера, который смог бы подружить любовь хозяйки к традиционной классике и увлечение ее мужа современным искусством и мебелью эпохи модернизма невозможно, но помог случай. Как-то Грейс и Диего ужинали у друзей в Челси, и их вдруг осенило, что их подруга Леонора Хэмилл — то, что им нужно. “Ее дом нас просто очаровал”, — объясняет Грейс. Фотограф по профессии, Леонора периодически делала интерьеры своим знакомым. “Наши гости часто после ужина обращаются ко мне с просьбой помочь им с оформлением”, — говорит Хэмилл, которая стала декоратором просто по стечению обстоятельств. Диего считает их с Грейс худшими заказчиками. “Мы не давали ей свободы и во все вмешивались”, — говорит он. “Они хотели утверждать все, даже разводку труб, — подтверждает Леонора. — Повезло, что у нас хотя бы совпадали взгляды на интерьер”.

Фрагмент кухни. На стене декоративные тарелки, Николя Пати; раковина, Franke; плита, Lacanche; ваза, Paul Arnhold Glass.

Для нового дома коллекцию хозяина перебрали и отправили часть экспонатов на хранение, а часть выставили на продажу. “Некоторые из них были совсем не в моем вкусе”, — откровенничает Грейс, которой нереально повезло с мужем. В прихожей их дома висит работа художника Ричарда Принса с шуткой про жену, которая приказала мужу бросить пить и курить, но в итоге сама оказалась брошенной. “Купить искусство — это полдела, надо еще научиться с ним жить”, — философски замечает Диего.

Хозяйская спальня. Для кровати и портьер использована одинаковая ткань, Cowtan & Tout; прикроватный столик, Design Frères; ковер, Stark; письменный стол по дизайну Жака Кине; автор стула Мартен Бас. Хозяйская спальня. Для кровати и портьер использована одинаковая ткань, Cowtan & Tout; прикроватный столик, Design Frères; ковер, Stark; письменный стол по дизайну Жака Кине; автор стула Мартен Бас.

Противоречивые вкусы супругов помог “поженить” разнообразный текстиль: Леонора и Грейс собрали пестрый микс из классических узоров, цветочных мотивов, пейсли и современных дизайнов. “Некоторые боятся смелых сочетаний, но Грейс и Диего именно этого и хотели”, — объясняет Леонора. Так, в гостиной бабочки Дэмиена Херста порхают над диваном, обтянутым жаккардом с крупными цветами, а пару винтажных кресел Хэмилл перетянула горчичным бархатом.

Грейс Фуллер-Маррокин и две ее дочки: старшая Глория и младшая Флора. Самое большое достоинство таунхауса в Вест-Виллидж, куда переехала Грейс с супругом и детьми, — большая зеленая терраса.

“Они получились ужасно красивыми”, — считает Хэмилл. И слово “ужасно” здесь означает не степень восхищения. А вот одну из спален от изголовья до портьер “одели” в экстравагантный леопардовый ситец. Но главная достопримечательность этого дома — большая и укрытая от посторонних глаз терраса. Своего рода тихий оазис в шумном мегаполисе. Это самое любимое место Грейс, там она разбила небольшой сад. “Это мой огородик и экспериментальная оранжерея”, — говорит она.

Терраса, она же экспериментальный огород хозяйки дома. На столе льняная скатерть, Lisa Corti; диванные подушки обтянуты текстилем, Alexandra Champalimaud.

В процессе оформления этого интерьера у Грейс и Диего случился настоящий сдвиг на антикварном столовом фарфоре, и они собрали коллекцию из трехсот изделий французской мануфактуры Gien с монограммой GM. Похоже, они наконец-то нашли общее увлечение. Новоселье справили за три месяца до рождения старшей дочери Глории, у которой недавно появилась младшая сестра Флора. “У нас с Диего были совершенно разные стилистические предпочтения, и в начале нашего брака мы много спорили. Но сейчас нам удалось создать свой цельный мир, который в то же время отражает наши непохожие вкусы”, — считает Грейс Фуллер-Маррокин.

Фрагмент детской. Диван обтянут тканью Etro; над ним работа Дэмиена Херста (свадебный подарок художника); на полу афганский ковер.Прихожая. Над столом по дизайну Марка Ньюсона висит работа Ричарда Принса.


admin

Нет описания. Пожалуйста, обновите свой профиль.

ОТВЕТИТЬ

    Май 2021
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
     12
    3456789
    10111213141516
    17181920212223
    24252627282930
    31